фоновое изображение я-папа

Рассказ Чехова "Отец" в 21 веке

Сегодня прочёл “Отец” А.П. Чехова. Рассказ небольшой - всего на 4 полных страницы. И написан он далеко не в 2016м, но актуален. Впрочем, потому Антон Павлович и классик.

Попробую провести несколько важных параллелей.

Пожалуй, всю суть этого мини-произведения можно изложить в двух тезисах, первый из которых звучит так: “раз пять собирался к тебе, да всё некогда. То одно дело, то другое... просто смерть! Впрочем, вру... Всё это я вру. Ты мне не верь, Боренька. Сказал – во вторник отдам десять рублей, тоже не верь. Ни одному моему слову не верь. Никаких у меня делов нет, а просто лень, пьянство и совестно в таком одеянии на улицу показаться…”.

На мой взгляд проблема до-вер-и-я - одна из ключевых для современного общества, особенно - для мужской её части, ведь на сегодня дать и сдержать слово - всё равно, что окунуться в старину с головой, т.к. подобное поведение далеко от существующей действительности.

Между тем европейцы, которые год от года и век за веком учились этому (в том числе у наших предков) сегодня отказываются понимать, когда даже крупные российские предприниматели не держат своего слова.

В общем-то подобная тенденция - довольно молодая. Ей от силы 25 лет. Но тем не менее с каждым годом она становится всё более планомерной, всеобъемлющей и даже кого-то пугающей.

И если тогда, в конце 19 века, это было свойственно лишь отцам-пропойцам, то сегодня - после завершения века 20го, категории подобных отцов значительно расширились: это и отцы - псевдотрудоголики, и отцы - псевдоспортсмены, и отцы псевдоактивные, и многие другие отцы.

Поясню: быть, скажем, трудоголиком - не хорошо и не плохо. Но означает ли это одновременно, что не нужно быть или быть плохим отцом? Конечно нет. Даже упитые ценностями капитализма американцы и европейцы давно заметили, что без отдыха эффективность труда падает и падает в разы.

А разве не есть отдых и времяпрепровождение с детьми одно и то же? Безусловно. Просто мало кто из подобной когорты отдаёт себе отчёт в этом полностью. И зря, потому что именно за автоматизмом следует обрубание корней и всех связей. В итоге: отец (повторюсь - якобы) трудоголик на самом деле прячется за работой, т.к. она не нужна в большинстве случаев (в выполняемом объёме) ни одному из его близких людей.

Вторая проблема, которая есть в этих словах - напыщенная простота, т.е. полное упрощение жизни, которой так кичится главный герой, а с ним - многие бедные люди в России сегодня: та же селёдка с луком, постоянные займы (а теперь и кредиты) “до зарплаты”, постоянное враньё, постоянное заигрывание то с одним, то с другим ради личной выгоды - всё это делает человека опустившимся, узким, плоским как исписанный лист бумаги.

***

Сколько раз мне встречались в жизни не-люди, которые пошло и без тени сомнения хвалились тем, что “не кончали университетов”, “по-богатому не жили” и “менять ничего не собираются”. Но при этом все их истории о тяжёлых жизненных обстоятельствах и прочем на столько шаблоны, что в большинстве случаев не вызывают у меня горечи, а лишь кривую ухмылку: потому как в 99% случаев истории эти надуманные или (а чаще - и) виноват в них человек в первую очередь сам. Даже там, где нельзя было изменить ничего сразу, можно было изменить с годами. Но этого попросту не делалось.

Например, не так давно (хотя на самом деле - больше 10 лет назад) в моём провинциальном городке жила женщина-инвалид. Когда-то ей отрезало ноги на железной дороге и она “начала пить”. Подобных историй - масса. Но, как и в этом случае, всё многим проще, чем кажется со стороны: пила она уже тогда, когда была абсолютно здорова. И ноги ей отрезало лишь потому, что она, пьяная, упала прямо перед несущимся товарником.

Жили они с “мужем” в двухкомнатной квартире, где ужасно воняло мочой, отбросами и дешёвым спиртом. Моя мать (не знаю откуда они были знакомы) по своей, в общем-то тоже напыщенной, сердобольности посещала этот странный дом раз в полгода. Зайти в саму квартиру было почти невозможно: на полу лежали пропитанный уриной тряпки, ванная вся была до верху набита калом, а вместо света в окно проникала старая телогрейка, играющая роль неуклюжей и наспех сложенной рамы.

При этом Тамара получала пенсию по инвалидности, которая на тот момент была больше, чем зарплата моей матери (а мы, между прочим, жили без отца и было нас трое: мама, я и младшая сестра).

Да к тому же в Усолье (городке, где я тогда жил) было производство, где работали инвалиды. Муж же тёти Томы и вовсе был обычным мужиком: он не раз показывал свои надрывы на ногах, но однажды я ему спокойным тоном рассказал, что причина проказы - антисанитария, в которую он с “супругой” себя завёл. После этой тирады от 15летнего пацана он перестал со мной общаться и навсегда замолк о подобных “проблемах”.

К тому же была у Томы и дочка: чуть помладше мой сестры. Жила она у соседки.

Одним словом - всё для мотивации и развития у человека было: деньги, ребёнок… Не было лишь принципов развития. Никаких вообще принципов.

Примерно в то же время ездил в очередной поход за брусникой, в тайгу. Со мной было трое парней примерно моего возраста (от 14 до 17 лет), две женщины - ровесницы матери и мужик. Он был инвалид, но при этом ходил на “деревянных” (на самом деле они были из пластика) ногах.

Надо сказать, что идти нужно было не мало: около 10 километров в одну сторону (да ещё и в гору), плюс - добраться до места на электричках. А это - пересадки.

Собирал он тёмно-красную, почти бордовую ягоду довольно лихо, управляясь совком словно третьей рукой, которая при этом была с ним от рождения. Не скажу, что он жил хорошо или был примером для подражания. Но речь не об этом: он хотел - и ходил; хотел - и жил как положено человеку. Когда хотел, конечно.

***

Мотивация, о которой сегодня говорят так много и долго, на самом деле есть лишь желание. А вот его у многих отцов нет.

Именно этим тронул меня рассказ “Отец” Чехова: в нём видна безвременность проблемы самогнобления человека, любого человека в любое время.

Безусловно, критиковать себя и, особенно, свои поступки, - нужно. Делать это можно хоть ежедневно, но главное - не наносить вред этой критикой себе и окружающим (а этим страдаем всем мы: в большей или меньшей степени). По крайне мере постоянный вред точно приведёт к яме, о которой так хорошо рассказано нашим классиком в этом эссе на тему “как не надо делать и жить”.

Сегодня яма - не только экономическое дно, но и социальное, и даже политическое.

Ведь когда мы не понимаем, как устроена политика, мы превращаемся в таких же убогих людей как Мусатов: только гордимся не убогим застольем с убогими женщинами, а скудным познанием того, что движет обществом.

Ровно то же самое происходит и с теми, кто не понимает всю пагубность потребительства (это уже гниение чисто социальное, а в худших случаях - и психологическое). Игромания - это ведь лишь верхушка этой ледяной горы.

Вообще в России мода на “сирых и убогих” одна из тех, что не проходит год от года. Возможно потому, что мы сами постоянно живём с ними бок о бок, а потому не чувствуем, что они - исключения, неправильные, искорёженные, с замаранным, разорванным духом, а не правило. Скорее чувствуем иное. Подсознательно в большинстве случаев, но это как раз ещё хуже.

… советую этот рассказ прочитать, поразмыслить и написать мне свои мысли по поводу: их должно быть много.

мудрости быта отцам

главная    vkontakte     статьи     рецензии   

Наверх